Стих: Галактическая Осень
Аксененко Автор: Сергей Аксёненко




Стих: Галактическая Осень

Сейчас книга, не представленная в интернете, выглядит так, как будто бы она находится вне информационного пространства, настолько мы привыкли к интернету, как хранилищу информации. Большинство своих книг я выпустил уже после того, как интернет прочно вошёл в нашу жизнь. Поэтому они представлены в Сети.
А вот книга «Галактическая Осень» была выпущена ещё в то время, когда интернет только-только начинал входить в наш быт. Первый экземпляр я получил в феврале 1997-го, а летом 1997-го книга появилась в продаже. Вскоре появились отзывы в прессе, выступления на телевидении и радио. А вот в интернете «Галактической Осени» не было. Хотя я и размещал отдельные стихотворения, но не книгу в целом.
Сейчас я решил разместить книгу именно так как она напечатана. В той же последовательности стихотворений, с аннотацией и биографией автора именно на 1997-й год. Хотя явные опечатки исправлены.



Галактическая Осень

Автор – Аксёненко С.И.

АННОТАЦИЯ

Книга "Галактическая Осень" состоит из стихотворений самой разнообразной тематики и стиля. Причём автор старается подчинять строчку, звукопись, ритм - теме и идее стиха.
Например, в стихотворении «Повстречались мы случайно…» строфы имеющие отношение к возвышенному резко отличаются от строф, описывающих земное, что однако не нарушает ткань стиха. А буквы «л» и «с» стихотворения «Зарисовка к «Гернике» передают тревожность, так же, как игра буквы «с» в стихе «Разгром небесного воинства» (где житель небес – ангел дышит озоном, газом образующимся на высоте 10- 50 км, или во время грозы).
Ритмика стихов так же самая различная, от энергичной (вторая часть стихотворения «Протуберанц», «Мир высоких скоростей…», «Попытка гадания на кофейной гуще»), до спокойной («Апельсинопад, апельсинопад», «Ностальгия»).

Одни стихотворения написаны в простом, балладном, повествовательном стиле - "Королева", "Случайное знакомство", "Когда в печи горят дрова...", другие в духе символизма - "Есть миры недоступные даже выверенному одиночеству...", "Унесённая ветром времени...", третьи в духе авангардизма, передающие настроение - "Зарисовка к "Гернике", "По эту сторону прибоя..."

Тематика стихов самая различная - от лирических описаний природы - "Зимняя зарисовка", до философской эротики "Протуберанца" (где Солнце символизирует мужское начало, Земля - женское); от написанных на христианскую тему - "Второе пришествие", "Бегство в Египет" (где вместилось и описание ребёнка, и сцены избиения младенцев, и тема снега традиционная для таких стихов) до античной тематики "Гимна Кибелле"; от лирического "Увы, - ты прибыла так поздно...", до философского - "Силы Света". Причём, философия не штампованная – автор пытается отразить сложности реального мира. И символы света и тьмы не имеют здесь традиционного звучания. Особенно сложна философия стихотворения «Нам Великая Мудрость дана…», одна из строчек которого дала название книге.

Автор старается избегать традиционных образов и штампов - журавли, например, (взлёт которых в одном из стихов описывается как - "Небо клёкотом всхлипнет,/ Улетая с земли") - устоявшийся символ тоски и печали - в "Разгроме небесного воинства", лишь "Своей личной тоской заласкают/ Настоящей тоски перелив". Причём в первоначальном варианте всё было ещё откровеннее. «А потом лебединая стая,/ А за нею поток журавлей,/ Своей личной тоской заласкают/ Настоящей тоски беспредел».

ISBN 966-7149-01-3





ОБ АВТОРЕ

Аксёненко Сергей Иванович - родился в 1967 году в городе Арцизе Одесской области. После окончания школы (в городе Петровское Ворошиловградской области) - Луганский педагогический институт, служба в Вооруженных Силах.

Работал - слесарем на заводе, учителем географии и биологии в школе, корреспондентом (второй, а затем первой категории) Лутугинской районной газеты, редактором Луганской городской телекомпании "Луга-ТВ", вторым секретарем (секретарём по оргвопросам) Луганского областного комитета Компартии Украины.

С 1994 года - Народный депутат Украины, председатель подкомиссии Верховного Совета Украины по телевидению и радиовещанию, Временной следственной комиссии по изучению ситуации в телерадиоинформационном пространстве Украины, член Союза журналистов Украины.

Писать стихи начал в 1983 году, публиковать с 1991 года, был председателем Луганского областного литературного объединения им. В.Н. Сосюры, председатель Независимого объединения писателей Луганщины.



1. НЕПОСТОЯНСТВО

Теряя последние краски стыда,
Ты говорила, что любишь,
И тихо шептала о том, что всегда
Вместе со мною будешь.

Молча, ловил я твой ласковый взгляд,
Глазам твоим не веря,
И не было больше дороги назад,
И были закрыты двери.

Потом, променяв неземные слова
На блеск пустой усмешки,
Мне говорила ты полные зла,
Досадливые вещи.

Молча, я взял со стола сигарет,
Словам твоим не веря,
И, погашая резкий ответ,
Долго курил за дверью.

Мы в этот же вечер гуляли одни —
Я видел твои слезы.
Со стадиона били огни
И делали город пёстрым.

Молча, смотрел я на стены домов,
Слезам твоим не веря,
И думал, успеем ли мы домой,
Ведь скоро закроют двери.

И долго читала ты мне стихи,
Хорошие и плохие.
И говорила, простив все грехи,
Что мы навек родные.

Молча, глядел я тогда в потолок,
Стихам твоим не веря,
Где-то крутили тяжёлый рок,
И кто-то шумел за дверью.

Потом мы расстались с тобой как друзья,
Простились тепло и просто.
В гремящем автобусе еду я,
Трясусь на сиденье жёстком.

И мыслью спешу я к тебе опять,
И верю: сейчас ты любишь,
Но непостоянна ты. Надо ждать,
Когда ты меня забудешь.

16.06.1988 г. город Луганск



2.РАЗМЫШЛЕНИЯ О ЖИЗНИ

Вот огромная дорога
Протянулась от порога
К ящику,
Её жизнью называем
И прожить её желаем
Слаще мы.

Над бездонным океаном
Пролетают ураганы
С бурями.
Светлых дней у нас немного,
Сменены они надолго
Хмурыми.

Где-то в прошлом сверхдалёком
Есть без страха и упрёка
Рыцари,
Но века ушли так быстро,
И за честь уже нет смысла
Биться им.

Выполняя чью-то волю,
Покидаем мы просторы
Светлые,
Погружаемся в пучину
Веще-денежного мира
Медленно.

Мы всегда куда-то рвёмся,
Но на месте остаёмся
Всё-таки.
Без желаний как-то проще,
Мы подвержены им очень
До доски.

И бросают нас желанья
Через встречи, расставанья
ПО-свету.
И в потоке дней весенних
Не заметим наступленья
Осени.

Всё быстрей бегут мгновенья,
Но рождаются стремленья
Новые,
Повседневность нас глотает
И всё ниже опускаем
Головы.

И уйти порой стремимся
От немого крика мыслей
Мы быстрей.
И теряем мы порою
Что-то очень дорогое
В вихре дней.

Хоть и трудно жизнь даётся,
Но труднее расстаёмся
С нею мы,
А с собою забираем
В неизвестность ада-рая
Только сны.

И не высказано что-то,
Что-то сделать так охота…
Только что?
Вот конец уже приходит,
А начало было вроде
Только что.

30-31.07.1988 город Луганск



3.БАБОЧКА

Бьется... в стекло бабочка
Ночью.
Рвётся... она к лампочке,
Хочет.
Не знает... что ей будет плохо,
Когда к цели своей придёт.

Как я... к тебе стремился,
Как... об твой холод бился,
И вот к цели своей пришёл.

Слышь... мотылёк, тебе будет
Хуже,
Плохо внутри... ты побудь
Снаружи.
Верь, что дорога к цели
Лучше, чем сама цель.

Не слышит он... щели ищет,
Что б к свету... к теплу пробиться,
Думает... будет счастлив,
Но крылья лишь обожжёт.

Я тоже... ломал преграды
И ты мне... была не рада.
Я думал, что буду счастлив,
Не думал, верней, совсем.

И вот... мотылёк прорвался,
На лампочку сел... и сдался.
Погиб он, но всё же...
Он жил, пока летел.

Я тоже... к тебе прорвался,
Похоже... я тоже сдался
Пришёл я, хотя не знаю,
Куда я всё время шёл?...

Длинна ночь..., и новый бьется.
Он тоже... прорваться хочет.
Он к свету, к теплу стремится,
Не знает, куда идёт...

Бьется... в стекло бабочка
Ночью...
Рвётся... она к лампочке
Хочет.
Без мыслей,
Так ей велит инстинкт.

ночь с 01 на 02.09.1988 город Луганск



4.СУПЕРВЛАСТЬ

Отделена сплошной преградой,
Чтобы народам не достать,
И далеко, и где-то рядом
Царит над миром Супервласть.

Она над всеми небесами —
Ведь в пустоте нельзя упасть,
Мы думаем, что мыслим сами,
Но за нас мыслит Супервласть.

От рабства мы идём к свободе
И поворачиваем вспять
И в этом скучном хороводе
Нас водит только Супервласть.

Мы сотворим себе Кумира,
Чтоб нами легче управлять,
Кумир возносится над миром,
Но над Кумиром - Супервласть.

Мы уже многое сумели,
Мы Космос стали покорять,
Куда бы мы ни долетели,
Гораздо выше - Супервласть.

Вошли в морские мы глубины,
И атом стали расщеплять.
И здесь мы многого добились,
Но всё же глубже — Супервласть.

В века смыкаются мгновенья
И размыкаются опять.
Идут иные поколенья,
Но неизменна Супервласть.

Есть власть людей и власть природы —
Им Супервласти не объять.
Пусть гибнут звёзды и народы,
Но не погибнет Супервласть.

И мир идей, и мир материй
У Супервласти не отнять
И мы куда бы ни глядели —
Везде увидим Супервласть.

Постичь вращение Спирали —
Как необъятное объять
И кто-то нами ТАМ играет —
Играет нами Супервласть.

И как бы мы не захотели,
Против неё не устоять.
Лишь средства мы в Великой Цели —
Ведёт нас к цели Супервласть.

Все проявленья Супервласти
Не может разум наш познать,
Но все немыслимые страсти
Рождает в душах Супервласть.

Пусть рвёмся мы к богатству, к власти —
До Неба людям не достать!
Нам надо слиться с Супервластью —
Мы сами будем — Супервласть.

09.09.1988. город Луганск



5.* * *

Не умею писать к юбилеям,
Посвящать не могу я стихов.
И об этом ничуть не жалею, —
Просто нет у меня лишних слов.

11.09.1988 город Луганск



6.ПРОСТИ

Прости – хоть оба виноваты,
Но всё равно простить должна ты.
Прости за грусть, тоску и боль,
Простить легко – ушла любовь.

27.11.1988 город Луганск



7.НОСТАЛЬГИЯ

Ну что же мы можем? – Лишь прошлое вспомнить –
Да что там... не надо... зачем вспоминать –
Жизнь наша подобна бушующим волнам
И в каждой волне нарастанье и спад.

Стою я на спаде и долго сквозь слезы
Смотрю я во след уходящей волне.
Смотрю я и знаю: она не вернётся,
Но будет другая и будет вдвойне.

И будет другая — я верю, что будет,
И снова придёт сумасшедшая жизнь.
Не молодость, нет, тем блестящей и чУдней
Упругое тренье секундочных брызг.

Пускай мы на спаде — пройдёт умиранье,
Бросай нас на скалы, безумный восторг.
Кошмарное пенье лишает дыханья —
Лишь мягкою пеной сползём на песок.

18.12.1988 город Луганск



8.ЗИМНЯЯ ЗАРИСОВКА

Поле снежное вдали
С туманом слИлось.
Ветры с юга прорвались,
Приносят сырость.

Лес стоит неколебим,
Единым рядом,
Среди поля я один —
Мне к небу надо.

А зачем забрёл сюда?
Я сам не знаю —
Здесь не слышны города
И ближе к раю.

Шепчет мне тихонько дождь,
На снег похожий:
"Ты отсюда не уйдёшь —
Уйти не сможешь.

Здесь туманы не спеша
Мороз сменяет.
Отдыхает здесь душа
И не страдает."

"Не прячь, дождь, меня в своей
Стене колючей,
Мне не скрыться от людей —
Не этот случай".

Дождь идёт, я вместе с ним,
Земле прохладно.
Я хочу побыть один,
Мне к небу надо.

11.01.1989. город Луганск



9.ЛЕС ПЕРЕД СМЕРТЬЮ

В лесу ещё царила древность,
Дубы торжественно молчали,
И зачарованные вербы,
Задумавшись о сокровенном,
Ветвями длинными качали.

Глушили мхи любые звуки,
Всё покрывали будто снег,
Лишь в самом дальнем закоулке
Звучал таинственно и гулко
Сыча тоскующего смех.

Ручей, пробив камней громаду,
Пугал бездонной чернотой,
Захлёстывался листопадом,
Спускался тихим водопадом,
Не нарушал лесной покой.

Мир необычный и прекрасный,
Надёжный добрый и большой,
И недоступен он и ласков,
Наверное, там правит сказка
Своею мудрою рукой.

Переплелись деревьев кроны,
Лес пережил столетий бег.
Не знает он о том, что скоро
С бензином, шумами и сором
Сюда прибудет человек.

В лесу ещё царила древность —
Дубы торжественно молчали...
Как больно знать, через мгновенье
Сюда ворвётся современность,
И сказка править прекращает.

29.01.1989. город Луганск



10.СОН У РУЧЬЯ*
композиция

Ночь, лес, ручей.
Темно, одиноко, грустно.
И шелест густых ветвей,
Тревожно вокруг и пусто.

Ручей тот негромко мурлыкает
И усыпить старается
Мелодиею зыбкою —
Он ласков, он играется.

Тихо кругом,
Лишь дерева ствол
Из темноты темнотою выделен
Чуждо всё здесь,
Ручей, правда, есть, —
Приветлив, журчит обыденно.

Шепчет: "Сюда
Ближе присядь,
Я лишь вода —
Жизни всей мать,
Я лишь вода —
На, охладись.
Ближе сюда
Ну... подойди!"

- "Что ж, подойду" -
Молвлю в ответ.
Сквозь темноту
Ласковый свет.

Сел, сигарету достал я
И нА воду молча, смотрю
Сейчас отопью из ручья,
Спокойно потом покурю.

Блики в ручье, видно Луна
С водною гладью играет
С неба она прямо до самого дна
Звонкую крошку ласкает.

Но что это, чей это свет?
Луны в небе то нет!
Она облаками скрыта.
А блики совсем не те,
Прыгают в мутной воде
И будто бы кровь искрится там.

Ручей потемнел и сжался весь,
Бликами, как глазами,
С какой-то ехидной злостью
Хищные взгляды бросает,
Как будто не отпускает,
К себе заманить хочет...

Ночь, лес, ручей.
А в нём голоса людей
Явственней, явственней слышатся
Что-то кричат,
Что-то хотят
Сказать, чтобы услышал я.

Шумят голоса, ссорятся,
Всё громче, громче спорятся
И плачи, и стоны, и крик
Слышать можно,
Как будто перекликаются,
А блики всё ускоряются,
И трудно мне встать, убежать невозможно.

Вот кажется мне,
Что сам я в ручье
С теми — другими рядом.
Оттуда кому-то я что-то кричу,
Предупредить я кого-то хочу:
"Уйди, здесь стоять не надо!"

С трудом наваждение снял
И голову приподнял
У самой воды лежал я
Вот дёрнулся, встал
Все вещи собрал
И быстро отправился дальше...

Как много воды с той поры утекло
И годы годами сдавлены —
Тот случай забыть не могу, как назло
Как будто в ручье оставлен я.

В воде заточён, но на волю хочу,
Зубами скриплю от отчаянья
И я из воды что-то хрипло кричу,
Но слышится лишь журчанье.

21-24.05.1989. город Луганск
----------------
* - Это стихотворение написано через год с небольшим, после того, как автор заблудился на Кавказе в начале мая 1988 года. Моя девушка тогда пошла в горы с нашей институтской тургруппой. Я проводил её из Луганска. В тот же день узнал у сведущих людей маршрут и начертил его на тетрадном листе. А на следующий день поехал сам. На удивление, группу я нашёл. Но у меня не было отпуска, как у туристов и надо было через несколько дней возвращаться в институт – заканчивались майские праздники. И я, оставив группу в районе гор Семашко, Шесси и перевала Бекишей, пошёл к Чёрному морю. К вечеру – заблудился в горах, миновав приют Наужи и решив сократить путь к морю. Вот под впечатлением этих блужданий и написан стих. В то время, пока искал тропу, видел дольмены и огромного барсука, чуть не свалился в пропасть. Чудились приведения – не привычен я был тогда к одиноким ночёвкам в горах. Потом я всё же вышел к реке Аше. Переправился через неё, при этом меня чуть не унесло течение. И пришёл, в конце концов, к аулу Красноалександровский. Вскоре добрался к морю и купался в нём. Причем, когда я оставил группу – в горах лежал снег, а море было уже тёплым.



11.ГОРОД
(дорожная зарисовка)

Дорога тараторит — о чём? — не слышно слов,
А в дымке полусонной — мелькание столбов.

И снова тараторит — о всякой ерунде
И вдруг — огромный город, огромный — весь в дожде.

Дождя на стёклах танец, — а сквозь него видать, —
Не город — так собрались — домишки поболтать.

Врываемся под громкий колёсный сиплый вой
И видим — хоть огромный тот город, но пустой.

Там нет совсем прохожих, лишь дрожь угрюмых луж,
Лишь окон ряд похожих, как бы тела без душ.

Асфальт ласкает шины, а в мрачных окнах мысль —
—Вы нас бы отпустили, и мы бы разбрелись.

Бурчат угрюмо лужи, — мы нажимаем газ,
Тот город нам не нужен, тот город не для нас.

Дорога тараторит о всякой ерунде —
В туман уходит город — огромный весь в дожде.

09.07.1989. город Луганск



12.СЛУЧАЙ В ПОЕЗДЕ

Бессмертники розовые
вдоль дороги по насыпи,
А голубые чуть пониже.
Упал с полки чей-то тапок,
И я присел поближе.

Вы лягли мне на плечо,
Сами не заметив, —
По щеке — волос пучок
Растрепал Вам ветер.

Зайчики на потолке —
Быстрые созданья.
Ощутил я на руке
Лёгкое дыханье.

Чтобы сон Ваш не прервать,
Пошел поезд тише,
Чтобы вдруг меня обнять, —
Сели Вы поближе.

По движенью губ сухих
И ресниц роскошных
Понял я: хотите Вы ... —
Я хотел того же.

Я коснулся Вас рукой,
А с соседней полки
Всё глядел на нас тайком
Старый алкоголик.

20.07.1989. город Луганск



13.СЛУЧАЙНОЕ ЗНАКОМСТВО

Зажёгся свет — разбил интимность,
Хлестнула в уши тишина.
—Ну что ж, всё было очень мило.
Она сказала и ушла.

Но он догнал её в подъезде
— Зачем так сразу, вот те раз
С тобой вдвоём мне интересно —
Побудь ещё ... хотя бы час.

Ответ был прям её и чёток,
К вопросу мало подходил.
Он взял её за подбородок
И на ступеньки посадил.

Обидно, разве зря старался,
Купил бутылку коньяка,
Потом знакомился на танцах,
Валял полночи дурака.

И вот уходит — воспитанье
Не позволяет — это точно,
Но воспитанью испытанья
Готовили такие ночи...

Стояли долго, минут двадцать,
Болтали оба — в общем, бред.
Он попытался обниматься —
Она сказала твёрдо — нет!!!

Ещё немного постояли,
За локоть взял её он робко,
Ему она сопротивлялась,
Но как-то вежливо, неловко.

Он подошёл на шаг поближе,
От силы взгляда — тихий стон,
Всем телом чувствовала выше
И чуть правей его лицо.

Есть ощущение дыханья,
Есть ощущение лица,
Дрожащее его желанье
Несло ей столько испытаний,
Хоть между ними пустота.

Коснулся талии рукою,
Обнял надёжно крепкий стан,
С трудом владел сейчас собою,
Был осторожен, но болтал.

Она несмело отвечала,
Немного опустив глаза,
Ночь что-то пела им сверчками,
Куда-то в темноту звала.

Но разговор их затянулся,
Он думал: "Выйдет, или нет!?",
Она не думала, лишь чувства
Повысили биенье пульса,
Давая правильный ответ.

Она сказала: "Я продрогла".
Он сразу понял и обнял,
И речь сама собой заглохла,
И он её поцеловал.

Сначала в волосы, но губы
Его искали губ её,
И вот они соприкоснулись,
И затяжного поцелуя
Пришёл божественный полёт.

Когда к нему прижалась грудью,
По телу пробежала дрожь,
Хотелось с силою вплеснуться,
Войти, куда никто не вхож.

Всё крепче, крепче обниманья,
Сильней прижатие груди,
Одежду прочь отодвигая,
Их руки к телу подошли.

А тело руки обжигает,
Зовёт их дальше — ну, вперёд!
Она уже не понимает,
Что скоро с ней произойдёт.

Её колени пошатнулись,
И закрываются глаза,
Уста немного разомкнулись.
"Давай, давай!" — хотят сказать.

Хотят сказать они: "Любимый!",
Но раздается только стон,
И оставляют её силы,
Всё забирает сладкий сон…

Раскрыты губы, сжаты зубы,
И вдох, и выдох через крик,
Она не думает, но любит,
Забыто всё — и, то что будет,
И то, что было, есть лишь миг! ...
Остался только данный миг!...

Она очнулась рано утром,
В постели тёплой, но чужой —
Он вымазан в помаду, в пудру,
Спал... нелюбимый, неродной.

05.09.1989. город Луганск



14.* * *

Лихорадки сквозная дрожь
Проникала сквозь душу в тело,
Дунул ветер, и сильный дождь
Начал гиблое своё дело.

Трепыхалися паруса,
И хлестала о корпус пена,
А сердитые небеса
Раздражённо и зло гремели.

С ночью смешивался туман,
Дребезжали слегка секстанты…
А огромный пустой Океан
Нажимал, нажимал на фалты.*

08.09.1989. город Луганск
-----------------
*- «Фалты» — выдуманное «морское» слово.



15.В СКВЕРЕ

Листья не рыжие —
... так порыжевшие.
Очи бесстыжие,
Нет — обалдевшие.

Чулочная сетка
На крепкой ноге —
Что же ты, детка?
Что надо тебе?

С глупой ухмылкой
О чём-то болтаешь,
И на бутылку
Пустую киваешь.

Причёска высокая
Плащ голубой.
Пошла б скорей к чёрту ты,
Скучно с тобой.

18.10.1989. город Луганск



16.КОРОЛЕВА

В пещере, в гробу хрустальном,
На золотых цепях
Лежит Королева тайны
С рубином в волосах.

Она умерла однажды,
Бог знает, как давно
И в чём-то очень важном
Ей не повезло.

А внешностью такая,
Каких уже нет века,
Кровь в венах голубая,
И властная рука.

А сделать её живою
Совсем, совсем, совсем просто —
Вечернею порою
Найди ледяную пропасть

В неё ты войди и свергни
Того, кто хранит там вход.
И в путь навстречу смерти —
Тебя Королева ждёт.

Там тигры и пантеры,
Там сети паука,
Летает по пещере
Чёрная рука.

Там змеи всех размеров,
Там холод, влага, прах,
Там всякие химеры
С ухмылкой на устах.

Опасность справа, слева,
Не бойся умереть,
Идёшь ведь к КОРОЛЕВЕ,
О чём тут сожалеть?

Идёшь ты к КОРОЛЕВЕ,
Сомнения отбрось,
Всё променяй на веру
В рубинный блеск волос,

Лишь мертвецов не трогай,
Глянь каждому в лицо,
Скорей всего, ей богу,
Сам станешь мертвецом...

Но если вдруг не станешь,
Но если повезло,
То перед НЕЙ предстанешь,
А там без лишних слов

Приблизься тихо к гробу,
К натянутым цепям,
Хрусталь рукой потрогай,
Королева — ТАМ.

Лежит она, как живая,
Румянец на щеках,
А внешностью такая,
Каких уже нет века.

А сделать её живою
Совсем, совсем, совсем просто,
Открой только гроб тяжёлый,
Губами к губам притронься...

И поцелуем страстным
Её ты вернёшь из грёз,
Ведь верил ты не напрасно
В рубинный блеск волос,

Ведь нет ничего прекрасней
На всей большой Земле
Королевской ласки
В искрящемся хрустале

И что может сильнее
Возвысить и поднять,
Чем власть над Королевой,
Над Королевой власть?...

Ну что же дальше будет?
Свадьба, дети, дом?
Да нет, ты просто будешь
Навек её рабом.

Она у тебя такая,
Каких уже нет века,
Кровь в венах голубая
И властная рука.

И если мрак пещеры
Сумел ты победить,
Служенью КОРОЛЕВЕ
Посвящаешь жизнь.

Готов? — Не готов, вот видишь,
Ведь мы не из тех времён
К ней легче прийти, чем быть с ней,
Наверно, такой закон...

Ну что ж, мечты высокие
Оставим дуракам
Пусть спит себе, спит красотка,
Каких уже нет века.

И всё же ... в гробу хрустальном,
На золотых цепях
Лежит Королева тайны
С рубином в волосах.

14.04.1990 г. город Луганск



17.ЭПИЗОД

Не тебя сейчас жду, а другую,
И зачем разговоры? Зачем?!
Я следы от твоих поцелуев
Выжигал утюгом на плече.*

У нас всё как-то быстро заглохло,
Не печалюсь нисколько — поверь.
Не хочу штурмовать твои окна,
Не пойду вышибать твою дверь.

Только в мозг, к отражённым стенаньям,
К круговерти удач и невзгод
Приплюсуется воспоминанье, —
Войдёт в память ещё эпизод.

04.05.1990 г. город Луганск
----------------
* - Это выражение, как показывает практика, большинство читателей понимает неправильно. Лирический герой данного стихотворения выжигал на плече следы засосов любовницы, так как ему надо было ехать к своей жене. А та раньше уже ловила его на подобном. Проще сказать, что "на меня горячий утюг упал, когда полез под гладильную доску поднять обронённую вещь и зацепил эту доску", чем иметь очередной скандал с непрогнозируемыми последствиями.



18.* * *

Рука искала локоть трона,
Но упиралась в пустоту —
Сметён падением Закона —
Ну что же… — новые растут.

Шум сердца овладеет грудью,
Кровь из висков вон норовит, —
Оплакивать должны не трупы,
Должны оплакивать живых.

Не надо биться в крышку гроба,
Гроб не почувствует удар —
Тот, кто внутри, уже в дороге,
И смерть добычи не отдаст.

Гул сердца овладеет грудью,
Кровь из висков вон норовит —
Оплакивать не надо трупы, —
Сейчас тоскуют о живых.

Не вредно биться в крышку гроба —
Так легче, так спадает боль,
Но у гробов состав особый,
И не пробить брони дубов.

Стон сердца овладеет грудью,
Кровь из висков вон норовит —
Оплакивать должны не трупы —
Давай поплачем о живых.

Темно от топота мгновений,
Секунды знают свой черёд,
Но забегают наперёд —
Проходит смена поколений.

30.05.1990 г. город Луганск



19.У ПРУДА

Солнце ещё не в зените.
Ну а ты совсем поникла
И хотела просверлить бы
Своим взглядом глубь пруда.
Я мечтал услышать "Да",
Ну, а ты молчала грустно
И глаза глядели тускло,
Точно так. Ещё тускнее
Отливал на солнце пруд.
Губы сжаты, и обиду
Всю твою на них так видно,
И колени обхватила
Нитью тонких цепких рук.
Так сидишь с утра и смотришь.
Я же верю в невозможность.
Знаю, — если не уходишь,
Значит, что-то уже есть.

Солнце движется к закату
И твоё сквозь зубы: «Хватит!»
Всё вдруг ставит по местам.
Ты устала - Я устал,
Значит, хватит так без дела
Биться головой об стену...
Да быстрей бы солнце село!..

31.07.1990 г. город Луганск



20.* * *

Я долго думал: "Есть ли?"
А мне сказали: "Нет."
И я представил, если б
Я вытащил билет ...

От этого наката
Становится смешно –
Я всё же был когда-то,
Но мне не суждено.

09.09.1990 г. город Луганск



21.ХОЛОДНО

Где-то воздух наполнился стонами —
Холодно, холодно, холодно,
А земля похоронными звонами —
Холодно, холодно, холодно,

И вода ледяными разломами —
Холодно, холодно, холодно.
Руки мёрзлые в цепи закованы —
Холодно, холодно, холодно
И душа навсегда успокоена —
Холодно, холодно, холодно.

Высотою своей околдованы
Купола зазвенели от холода,
Под лучами играются золотом
Там, наверно, не может быть холодно ...
Холодно, холодно, холодно.

10.09.1990 г. город Луганск



22.ПРОТУБЕРАНЦ*
композиция
часть1
Земные строки. Взгляд снизу.

На сене обнимались,
Насильно, про запас,
Закатом любовались, —
Но шёл Протуберанц.

Какой закат сегодня —
Наверно, он для нас
Багрянцем переполнен —
То шёл Протуберанц.

Громадный и кровавый
Прополз он по высотам,
В умы людей врывалась,
Мысль о катастрофе.

А мы лежим на сене
И думаем: "Ну вот,
Небесная истерика
Берёт нас в оборот".

Подруга моя верная,
Тоскливые кусты,
Земля обыкновенная —
Наскучила мне ты.

И я хочу увидеть
Космическую страсть,
Я серость ненавижу —
Я жду Протуберанц...

Верхушкой атмосферы
Прошлись его лучи,
Ветра звенят, как стрелы,
И кровь в висках стучит.

И вот с Землёй столкнулась
Мощь огненных пространств —
Всё перекувыркнулось —
Пришел Протуберанц!!!

Земля вошла в прострацию,
Явилась эросфера,
Сожгла цивилизацию,
За нею — биосферу...

Нас нету, уже нету —
Расплав коры земной,
Исчезновил планету
И сделал её маленькой,
Тяжёлою звездой.

Мы рады, всё же рады
Нам было хорошо —
Мы ощутили сладость
Космического шока.

Лишь об одном, наверное,
Мы пожалеть должны —
Лучше б он так... с Венерою,**
А мы б тогда смотрели бы
На всё со стороны —

На сене б обнимались —
Насильно, про запас.
С Венерой целовался бы
Вверху Протуберанц.


ПРОТУБЕРАНЦ
часть 2
Небесные строки

Чёрное, чёрное, чёрное,
Жёлтое в чёрном горит,
Солнце собой переполнено
В нём беспорядок разлит.

Вырвется, вырвется, вырвется
Энергетический крик,
Двинется, двинется, двинется
В сферу планетных орбит.

Он над короной поднимется
Непревзойдённо большой,
С Солнцем прощально обнимется,
Что б целоваться с Землёй.

Жаркие, жаркие, жаркие
Их поцелуи — О да!
Могут так только крылатые,
Только с планетой звезда.

Солнечным ветром вначале он
Пощекотал ей соскИ,
Гея-Земля отвечала
Взрывом воздушных стихий.

Вот он сильнее дотронулся,
НАчала Гея стонать
И в очарованном Космосе
Грянул божественный акт.

К Гее-Земле прижимается,
Силой фотонов накрыв,
Гея под ним извивается,
И за порывом — порыв.

Он отойдёт и приблизится
"Ну же ещё, ну ещё!"
И в ощущении близости —
Новый единый отсчёт.

Он её начал облизывать
Волнами волно-частиц,***
Лижется, лижется, лижется
О, улетающий блиц!

Буйствуют, буйствуют, буйствуют
Страсти построились в ряд
По нарастанью сумбурности,
Буйные, буйные, буйные
Телодвиженья огня.

Взрыты базальты с гранитами,****
Плавиться стала кора,
Этот оргазм удивительный
Боги продлите, продлите нам!
Столь сладострастно-чувствительной
За миллиарды прожитые
Не была наша Земля...

Вот распласталась планета
И в пепелище лежит —
Ждала-дождалась момента
И прижимается к небу,
Дышит и молчит,
Восторженно глядит
Во след Протуберанцу...

В любовных вариациях
Кривляется пространство.

16.06.1991 г. город Луганск
----------------
* - Протуберанц – протуберанец – это громадное, протяжённостью в сотни тысяч километров плазменное образование в солнечной короне.
** - Венера – богиня любви и эротики (ср. венерические заболевания).
*** - Имеется ввиду корпускулярно-волновая природа света.
**** - Земная кора состоит из трёх слоёв – базальтовый, гранитный и осадочный, прикрывающий их сверху.



23.ПРАВДА

Забронирована бетонно,
гнута, выровнена, патентована.
Зачехлённая на вырост -
под ключом она,
чтоб не выбралась.

29.07.1991 г. город Луганск



24.ЖАРА

Отражалась от асфальта,
Умножалась и жила
Из земли песочно-пальмовой
Прилетевшая жара.

Зной кромешный землю сковывал,
Воздух плотен и дрожащ.
Лишь мечтанию о холоде
Жить под демоном палящим.

Ею равно ошарашены
Звери, люди, купола
С ними краны, краны башенные
Накалились добела.

Мир разденется, разуется
Босиком и догола,
Только голуби целуются,
Только возится пчела.

Принесут циклоны влагу нам,
Чтоб, кипя, дождинка жгла,
И уйдёт песочно-пальмовая,
Иностранная жара.

30.07.1991 г. город Луганск



25.ПУСТОТА

Пустота ощущается зеркалом,
Пустота ощущается стенами,
Ты не можешь ей просто довериться —
Она требует откровения.

Открывания безостаточности,
Преклонения перед эхом
Порождает предел мечтательности,
Отражает обрывки смеха.

Пустота ощущается скрипами
Из промозглой глазницы двери
Непрочитанными страницами
Несгоревшим огнём потери.

Если "всё ужЕ", то господствует
И в бескрайности перехода
Будет верным проводником она,
Будет первым первопроходчиком.

Пустота обожает сдержанность,
"Просто так" пустота ужасная,
Но поддерживает после сделанного,
Что б любовницей быть предстоящему.

И в мерцании диска пластиночного,
Когда нету уже в нём голоса,
Ужасающий страх покинутости
Перечёркивается обмозоленностью.

19.08.1991 г. город Луганск



26.РАНГ ПОЭТОВ

Ранг у поэтов сам по себе
издавна,
Не обязательно быть у людей
признанным.

Важно одно — если с неба волна
брошена,
Перечеркни все земные дела
строками,

Всё позабудь, — просто отдайся
бешенству
Дерганых букв, музыке танца
свечного.

20.08.1991 г. город Луганск



27.МАЯТНИК
Г.С. Довнару

Нет ничего ни у кого.
Кроме духа бродящего,
Осень входила в наш дом
По-настоящему.
Осень входила, вошла,
и закапала.
И потянулись дела
Жадными лапами,
И потянулись дожди,
Дожди ожидаемые,
Но в утешение знаем мы:
Это всё маятник,
это лишь маятник,
Он всё качается —
Жизнь продолжается,
Жизнь не кончается.

23.08.1991 г. город Луганск



28.* * *

Апельсинопад,
апельсинопад
И дельфины спят
в апельсинопад ...

Перекличка пальм —
апельсинный вал
Сверху солнце льнёт
в апельсинный грот.

Ветер на восток —
бьются о песок,
Сквозь прибойный шум —
гулкое "бум, бум".

Попадает плод
в сферу тёплых вод —
Брызги разнесёт —
вынырнет, плывёт
В океане тёмном —
апельсинны волны.

Здесь кокосов ряд,
здесь тревожный краб
На кораллах пьёт
апельсинный сок
В пенных кружевах —
пляжи черепах
Рыцарский наряд —
панцири блестят
И застыла соль —
белою пыльцой ...
Долгий добрый взгляд
черепашьих глаз
Мудрый сонный взгляд —
апельсинопад.

Апельсинопад —
греться и ласкать,
Апельсинопад —
с небом синим в такт
Каждый жизни рад
в апельсинопад
И не будет слез
среди сочных солнц ...
Надо сильно ждать
апельсинопад ...

В ледяной стране
виден только снег,
И солому крыш
он собой прикрыл.
Но по крышам вдруг
еле слышен стук,
То пошёл гулять
апельсинный град.
Апельсинный град —
апельсинопад,
Апельсинопад
с вьюгой синей в такт,
Апельсинопад —
солнечный каскад.
И по всей стране
апельсинный снег,
Надо сильно ждать
апельсинопад ...

Апельсинопад,
апельсинопад
И дельфины спят
в апельсинопад ...
И пингвины спят
в апельсинопад.

07.01.1992 г. посёлок Георгиевка, Лутугинский район, Луганская область



29.* * *
Опыт ассонанса

Наш домик такой несчастный,
Но наш, потому что наш.
А ты от нас куда же? —
Куда ж ты подалась?

Он дымный, в нём будильник
И я, и медвежонок,
И Димкины ботинки,
И я, и медвежонок —

Мы, с медвежонком, сами.
Нам, с медвежонком, грустно,
Особенно ночами,
Нам страшно с ним и пусто.

Часы протяжно тикают,
Свет молчаливо-жёлтый —
Покинутые, тихие —
Тоскуют медвежонки.

Ботинки, ваши вещи
Нас мучат — глянуть больно,
Как будто бы мы вместе
И вы вот-вот войдёте.

А вы всё не спешите
И мы одни живём —
Мы ждём вас — приходите —
Мы сильно-сильно ждём.

Наш домик такой печальный,
Но наш — мы будем ждать.
Мне жаль, но в грядущем счастье
Он будет тебе мешать,
Немножечко мешать.
Изнутри.

10.02.1992. посёлок Георгиевка
----------------
* - В первоначальном варианте вместо «свет молчаливо-жёлтый», было «свет мутно-желтоватый» и тосковали, соответственно, не медвежонки, а медвежата. Но я заменил – нарушение нормы в данном стихотворении оправдано.



30.* * *

"Если зАговор есть в сенате,
Так это. Цезарь, не ночи дело.
Я расскажу тебе грех закатный".
И разделась.

Тело грелось в закатных отблесках,
Тело медилось, розовело
И закат поглощал без робости
Изощрённые формы тела.

А потом, при ночном купании,
Волны пенились и лизали,
Волны нежились и ласкалися,
И отстали.

Солнце двигалось по эклиптике
И давало возможность звёздам —
"Знаешь: мы во Вселенной лишние,
Знаешь: мир для другого создан!"

28.02.1992 г. посёлок Георгиевка



31.* * *
В. Спектору

Есть миры недоступные даже выверенному одиночеству,
Где порывы душевные расстоянием гасятся.
Перед брошенной тенью начинаем всенощную,
Лишь призыв к возвращению — отголосок вчерашнего.

Если слово положено, то лежать ему зАживо,
Похоронной процессии не избегнуть торжественности,
Если ты капитан, значит, стой, как заржАвленный,
За пределами мостика оставляй все надежды.

На изгибе щита солнце змейкой катается,
Перекошенный лес — только лист из трагедии,
Долго будем считать— "все ещё начинается",
Наша юность цветёт зеленеющей медью.

05.03.1992 г. посёлок Георгиевка



32.* * *

Уют земной любви
На холода сменил.
И как ты не живи,
Но ты не изменил.

Теперь хоть вкось, хоть в прах,
Хоть с кем..., хоть поперёк,
Но помнишь, на руках
Родную нёс её?

А значит, будет так,
Но не сейчас, не здесь.
И ты оставлен там —
Она там тоже есть.

Гуляет по земле
Замученный финал,
Чем дальше, тем родней,
И ты не предавал.

Уйди, умри, сгори —
Ты всё — ведь ты прожил.
Теперь хоть что твори —
Ты ей не изменил.

08.03.1992 г. посёлок Георгиевка



33.* * *

Я нашёл себе поддержку,
А у леса — облик детский.
Всё, что может мне хотеться,
Непременно лес мне даст.
Вот ещё одна звезда
Закатилась и упала.
Солнце медленно вставало,
Степь спокойствием дышала,
Пели птицы — как всегда.
Лесу, полю безразличны
Провода и электрички.
У людей свои привычки —
Только это суета
И она уйдёт, наверно...,
Снова станет, как всегда, —
Жизнь прихлопнет "Современность"
Непременно.
Навсегда.

01.05.1992. посёлок Георгиевка



34.* * *
Н. Малахуте

Зло, как правило, проигрывает.
А Добру платить всегда —
Над пожаром блики прыгают —
Мы не сможем столько ждать.

Мы не сможем и не будем,
Потому, что мы умрём.
А в конце сраженья судьи
Засчитают наши судьбы
В счёт погубленного Злом.

27.05.1992 г. посёлок Георгиевка



35.* * *

И явились к ней бесы.
Занималась заря
И сказали: "Разденься
И сойди с алтаря".

Улыбнулась, разделась —
Это было, как сон —
Населенье прозрело
И пришло на поклон.

Вот теперь её можно
И любить и хотеть
Обнажённость, роскошность —
Прикоснуться б ..., но нет ...

Мы к тебе приходили,
Как к последней черте,
Когда некуда было
Ни ползти, ни лететь.

Мы к тебе поднимались
Через мрак, через зной,
Лишь с тобой оставались,
Лишь с тобою одной.

А теперь тебя можно
И любить, и хотеть —
Ты и в правду роскошна
Только нет тебя, нет!

Ты была для немногих,
Только стала для всех,
Первозданная строгость
Заменилась на блеск,

Это, значит, неправда,
Это, значит, не ты,
Это, значит, когда-то
Мы свернули с пути.

27.06.1992 г. посёлок Георгиевка



36.СТРЕМЛЕНЬЕ К ЮЖНОМУ МОРЮ

Я скитался по всем бурунАм и зыбЯм,
Прострелился в распевном раздолье —
Я себя без остатка движенью отдал,
Я — стремление к Южному морю.

Это море — такое, которого нет,
Это солнце и пульс учащённый,
Оно может являться лишь тем, кто на дне,
Обитателям жалкой трущобы.

Где мещанская тишь, где сараи с углём,
Где кривая унылость асфальта,
Где меж клубом и рынком весь мир заключён,
Где лишь небо далёким бывает.

Только небо — источник высоких идей,
Где-то ясно — оно голубое,
Звёзды пляшут там ярче, огромней, сильней
И под небом там — Южное море.

Там не так, там совсем по-другому, чем здесь,
Там поют океанские штормы,
Там большие глаза чьи-то тайные есть,
Чьё-то тело божественной формы.

Там есть море — такое, которого нет.
Оно вдруг выплывает из книжек,
Там фрегаты, лазурь, тени пальм на Луне,
Силуэт таитянки бесстыжий.

01.08.1992 г. посёлок Георгиевка



37.БЕГСТВО В ЕГИПЕТ
композиция

Он такой беззащитный и маленький,
Он лишь глазками мирно смотрел,
Он лежал, он дышал и дыханием
Свою маму от холода грел.

—"Ты, мальчишка, зачем заворочался?
Ты зачем показал свой язык?
Кушать хочешь? Сейчас, моя крошечка,
Покормлю тебя. Кушай"... Затих.

Спит — пурга небо мелом почёркала,
Спит — ему и положено спать,
Но во сне он дрожит, как котёночек,
Если в руки котёночка взять.

Просыпается — чудо тревожное,
Надо снова кормить, пеленать,
От бессонницы заторможенная
Бросит стирку уставшая мать.

Волосами её он играется —
Запах Родины в тех волосах.
Впереди в небеса простирается
Колоссальный Египетский шлях.

Вот твой папа идёт — дядя Иосиф —
Это каменщик, плотник, мудрец,
А Отец твой в мерцающих звёздах —
Твой холодный, далёкий Отец.

Муха ползает возле носика —
Вот пристала кусючая тварь,
С любопытством глазёнками косится
На неё человеческий царь.

И грядущего блики отсвечивают,
Жизнь привычно готовит удар,
Концентрируя боль человечества,
Ты принять её должен, ты — царь.

А пока рядом мама — надёжная,
Мама сильная, защитит
И в твой мир только маме положено,
Пусть снаружи бесчинствует жизнь...

Он был маленький, маленький, маленький —
Он не плакал, он только пищал —
Уносили его руки мамины
От меча, от меча, от меча.

Посмотри же глазами своими,
Посмотри ты глазами большими,
Ты девчонка, Мария, Мария
Убивают таких же, как твой,
Только вой по земле, только вой!

Вот не царь — неприметный ребёнок —
Это значит, не надо спасать?
Он и знал-то всего одно слово —
— "Задержи свой удар, слышишь, воин!
Он не царь! Он не царь! Он не царь!" –
Кормит мать молоком исступлённо
Мертвеца, мертвеца, мертвеца.

Посмотри же глазами своими,
Посмотри ты глазами большими
Гладь морская — Мария, Мария —
Убивают таких же, как твой,
Только вой по земле, только вой!

Вот проснулся и смотрит с испугом,
А к мордашке листочек пристал —
Может, этот щекастик, беззубик —
Может, он Небом посланный Царь?
—Что, солдат, задержался? — Ударь!
Кричит — живой ещё!
Сильней! — Ногой его!
Бей! Бей!

Посмотри же глазами своими,
Посмотри ты глазами большими
Примадонна — Мария, Мария —
Убивают таких же, как твой,
Только вой по земле, только вой!

Надо спрятать — куда же? — в сарае,
Он всегда там играл.
Потому
И сейчас так спокойно играет —
Входит латник весь в мышцах и в стали
И малыш улыбнулся ему...

Посмотри же глазами своими,
Посмотри ты глазами большими
Непорочная Дева Мария
Убивают таких же, как твой,
Только вой по земле, только вой!

А вот застигнута врасплох —
Она ребёнка мыла,
Стояла голая и с ног
Стекало мыло.

И формы тела отражал
Блестящий мокрый камень,
Мальчишка зА ногу держал
Красавицу руками.

Ему наверно полтора,
А ей семнадцать —
Он умер легче — били раз,
А с ней "игрались".

………….
………….
………….
………….

Настала ночь, за ней рассвет
И смерть сквозь слезы,
А на столе ещё обед
Из сыра с просом.

Обед их долго остывал —
Уют домашний
Тот дом неспешно покидал —
Блуждал и кашлял.

Посмотри же глазами своими,
Посмотри ты глазами большими
Богородица Дева Мария —
Убивают таких же, как твой,
Только вой по земле, только вой!

Уцепилась и зубы сцепила —
"Не отдам, не отдам, не отдам!"
Но рука волосатая с силой ...
И ребёнок — напополам —
Был живой только что - "Не отдам!!!"

Посмотри же глазами своими,
Посмотри ты глазами большими
Мать Заступница — Дева Мария —
Убивают таких же, как твой,
Только вой по земле, только вой!

Головами их били о доски
Под разрыв материнских сердец
И глядел безучастно и грозно
Наш далёкий, холодный Отец.

15.08.1992 г. посёлок Георгиевка



38.РАЗГРОМ НЕБЕСНОГО ВОИНСТВА
Опыт ассонанса


И оставили все заповеди Господа, Бога своего… и поклонялись всему воинству небесному…
Библия, 4-я книга Царств глава 17:16

И истлеет всё небесное воинство; и небеса свернутся, как свиток книжный; и всё воинство их падёт...
Библия, Исаия глава 34:4

Это сонное, мутное, блёклое утро
Ястребиный последний услышит полёт,
Лишь из окон соседних прицельно и чутко
Кто-то тихий стрельбу поведёт.

Прикоснись, только пальцем дотронься,
Что б узнать, что такое полёт.
С кровью в горле, сквозь свист старый коршун
Своё слово произнесёт.

И зажмурятся прошлые вёсны
И сойдёт ослепительный свет.
Распластает растерзанный коршун
На полнеба крыло по земле.

А потом лебединая стая,
А за нею вослед журавли
Своей личной тоской заласкают
Настоящей тоски перелив.

Ветви вдруг изогнутся и лягут
С грозным треском негнущихся тел,
То тяжёлый жиреющий ангел
Приземлится в лучах из антенн.

И за ним вдруг захлопнутся выси,
Оживёт он лишь раз пред грозой,
Потому что и ангелы дышат,
Только ангелам нужен озон.

Задыхаясь в земном заточеньи,
Он и слова не сможет сказать,
Не узнают, с каким порученьем
К нам послали его Небеса.

А потом Небо билось об Землю,
Только перья летали кругом.
И засыпало ангела снегом,
И поднялся над ангелом холм.

И небесное воинство гибло,
Окружили его с двух сторон,
Небо бросило их, Небо било,
Добивала Земля с торжеством.

Только сокол могучий остался
С перебитым раскрытым крылом,
Просто нужен был самый отважный
Чтобы точку поставить на всём.

Его к доскам гвоздями прибили
И отрезали крылья пилой
Перед ним их сложили, чтоб видел,
Как им перья щекочет прибой.

Зашептали пугливые волки:
"Если сокол, — ты должен лететь,
Пусть бескрылый, бесклювый, — ты сокол,
Пусть гвоздями прибитый к доске."

Без желанья, без силы, без перьев
Отрывается он от Земли,
Потому что он это умеет,
Потому — ничего нет над ним...

Тем… захочется видеть хоть отблеск,
И они Их возьмут на гербы.
В Карском море рассыпались слезы,
Морю больше не быть голубым.

И поднимутся к небу их лица,
И заблещутся очи сквозь пыль,
Потому, что им надо молиться,
Им иконы нужны и гербы.

09.09.1992 г. посёлок Георгиевка



39.* * *

По эту сторону прибоя
Он был почти неповторимым —
Она сказала: "Я с тобою"
И третий увязался с ними.
А снизу солнце и планета,
Но почему-то только снизу.
Три раза возвращалось лето,
И каждый раз прощались с жизнью...
Всем миром управляет Мерлин —
Он третий здесь на фотоснимке —
Планету нашу взял в аренду
У Неба на пятьсот столетий...
Но сила зла идёт из Рима...
Идёт незримо и тихонько
—Ты не люби, мне только больно
И будет прОклят каждый палец,
Которым к телу прикасались.
Она ласкалась и кусалась,
Но поворот сиамской кошки
Изящней, тоньше, грациозней.
—Твои претензии серьёзны,
Но на Востоке грандиозней
И круче бёдра и несносней.
— Тебе пойдут сейчас доспехи,
Всесилье солнечного смеха
Пусть талию обтянет туго
Великолепная кольчуга.
И щит возьми из стали звонкой
—Ты вылитая амазонка...
Когда погибнет старый Мерлин,
Усилится влиянье Рима
И не один не будет первым,
Пойми, ведь нет мощнее Рима —
Рим не сейчас, он просто вечен,
Он по поверхности мелькает,
Он постоянно возникает
Из ничего — и он не канет...
Он исчезает вместе с миром,
Да будет так — идите с миром,
А я останусь (негде больше)
По эту сторону прибоя
Здесь только море голубое
И глубина...

13.09.1992 г. посёлок Георгиевка



40.СИЛЫ СВЕТА
композиция
С. Курию

Медленно-медленно
Комната стала освещаться,
Из другой комнаты,
Просвистел фиолетовый луч,
Вход заполнен.
И в комнату
НАчали вползать
Силы света...

Выдыхал неистово,
Вздрагивали искрами
Силы света.
Силы света белые,
Силы света чистые
Силы света.
Когда ногу за ногу,
Когда солнце зА солнцЕ,
Сила света всасывает,
От неё не спрячешься.
Что-то перепуталось,
Был по нитке спущенный
И в петле болтается
Сила света всё!
Голова большая —
Он похож на Кришну,
Или на зародыша,
Голова большущая,
Тельце же тщедушное —
Он макроцефал,
Он лучом вползал.
А глаза огромные.
Грустные-прегрустные.
Что-то перепуталось
Сила света всё!
Губы фиолетовые
И такие нежные,
Прямо как у женщины.
Только без клыков
Сила света всё!
Во весь рост — качается,
Стоя, спать пытается,
А пространство замкнуто, —
Надо темноту.
В темноте лишь скользкие,
Чьи-то руки душащие,
В темноте прохладные
Белые гробы.
В темноте таинственно,
Страшно, многоличностно,
В темноте чудовища,
Даже вампиризм,
Темнота бездетна —
Нет там Силы света!
Сила света всё!

Надо повыкручивать лампочки,
Выбросить спички,
Силы тьмы — вы же такие сильные,
Вы же всевластные,
Вы же различные,
У вас когти, шерсть, зубы —
Повелители лесов, ночей и подземелья,
Перед вами беспомощны природа и люди,
Остановите Силу света —
Она губит.
Ведь темноты всегда больше, чем света...
Но свет режет темноту.
Сила света тут,
Уже тут...

Он вползал медленно.
Вначале луч, потом он —
Мы сгрудились в углу,
В последнем и сыром.
Рядом безрукое,
Сверху шерстистое,
Ведьма, из листьев
В набедренной повязке,
Кто-то зубастый,
Чьё-то мерзкое щупальце
Запуталось в моих волосах.
Здесь же был Сам —
Он тоже, наверное, боялся,
Но как-то холодно —
Не боялся даже,
А дрожал.

Я почему-то оказался
С ними,
Я тоже боюсь света,
Но я залёг снизу.
Правда подо мной
Змея,
Под ней уже
Земля
И мыши.
Я их всех ненавидел
И убегал от них,
Но теперь мы все вместе
Боимся
Силы света...
Что же это?
Она надвигается,
Искрами играется,
Шуршит.

В комнате стало
Светло, как в детстве,
Силы света,
Сила света всё!
Тени мелькали,
Вскакивали и гибли.
Он подошёл ближе,
Встал рядом
И стал нас гладить
Сила света всё!..

27.09.1992 г. посёлок Георгиевка



41.* * *

Вы-шел "Космос" прилукский,
За ним сразу "Ватра".
Я скажу, что нагрузка
Ве-ли-ко-вата.

Вы тоскуйте, грустите
И плачьте и пойте —
В ле-дяных общежитиях
Тёплые койки.

Плачьте, плачьте — не бойтесь
Вас не осудят —
Вы на се-верном полюсе
Судеб.

И ползёт в подземелье
Из горлышка водка,
Вьётся в пЫли ступенек, —
Найти бы кого-то.

И наступит мельканье
Неубранных комнат —
Кто-то даст, кто заплатит,
А кто-то запомнит.

И наступит мельканье
Книг, ламп и обоев
Если тело без ткани —
Значит с тобою.

С чердака в подземелье,
Сквозь девять площадок,
Опускаться под сенью
Обманного счастья.

То, что было не небо,
Что будет не тАртар,
Есть дорога прямее
С балкона к асфальту.

Но в сырых подземельях
Дождливая прелесть —
Кто-то должен быть первым... —
Ему не хотелось.

08.10.1992 г. посёлок Георгиевка




  © Автор: Аксененко
  Сергей Аксёненко
  Свидетельство о публикации № 15806
  (27.07.2018 / 01:13)
мне нравится 0
>>>
Рецензии на произведение (0)

Получить ссылку произведения

Проверить на плагиат
»Разное
»Стихи