«На пенсию — в 40 лет»: Пенсионную реформу похоронит молодежь

0 5

«На пенсию — в 40 лет»: Пенсионную реформу похоронит молодежь

На фото: акция в Москве против изменения пенсионного законодательства (Фото:
Zuma/TASS)

Нынешняя молодежь окончательно добьет пенсионную систему страны. Поскольку умеет хорошо считать. Ведь после достижения сорокалетнего возраста надо работать еще минимум 25 лет, чтобы обеспечивать возможность выплаты пенсий тем, кто перевалил через 65-летнюю отметку. Поскольку именно это подразумевается нынешней пенсионной системой в России. Но молодежь, видевшая, как власть облапошила старшее поколение, лихо подняв пенсионный возраст, хорошо усвоила этот урок.

В стране, как и в мире, растут, ширятся и разветвляются такие движения, как FIRE, дауншифтинг и прочие «брошу все — уеду в деревню». Они во многом различаются, но главные свойства схожи — это ограничение себя в потреблении или отказ карьеры, от так называемых благ цивилизации и от правил, которые диктует социум — ради обретения свободы. Финансовой и, как следствие, физической.

При этом, например, дауншифтеры даже не дожидаются сорокалетнего рубежа. Здесь возраст вообще не имеет значение. Эти люди, пребывающие в работоспособном возрасте, как бы замедляют свой жизненный ритм, чтобы, не откладывая в долгий ящик, уже сегодня начать жить для себя, а не долгими десятилетиями вкалывать от зари до зари в душном офисе до наступления призрачной пенсии.

В нашей стране дауншифтеров условно можно разделить на две основные группы. Представители первой, как правило, выбирают на жительство райский — по их представлениям — уголок планеты рубежом или часто меняют место жительства, чтобы посетить разные такие уголки.

Но кушать хочется всегда, поэтому зарабатывают на пропитание и прочие добровольно ограниченные нужды, в основном, фрилансом или тем, что можно быстро освоить на местном рынке труда, используя ранее полученные навыки — переводчиками, гидами, вожатыми туристических групп и т. п. Заработки небольшие, но и времени много такой труд не занимает и, при разумном расходовании средств, дает возможность большую часть времени, условно, оттягиваться на песочке.

Делаются ли при этом налоговые отчисления и страховые пенсионные взносы? Будем реалистами: если и происходят такие отчисления, то они весьма незначительно пополняют госказну и ресурсы Пенсионного фонда.

Еще мизернее является вклад в пенсионную систему второй группы российских дауншифтеров — «новых деревенских». Конечно, речь идет не о тех, кто взял кредиты или вложил в развитие хозяйства ранее накопленные средства и теперь набирает обороты на сельской ниве. Нет, речь о романтиках, решивших бросить мегаполис вместе с его цивилизационными благами, карьерными возможностями — лишь бы не видеть больше противную морду хамоватого шефа, не дышать городской гарью, не давиться в метро, не простаивать в автомобильных пробках и т. п.

В сельской местности найти работу куда сложнее, чем в городе, да и уровень зарплат меньше в разы. Большинство из «вчерашних городских» попадают в разряд самозанятых, тех, кому теперь предоставлена возможность платить налог от 4% до 6%. А делать ли им страховые пенсионные отчисления и в каком размере — дело хозяйское. Но, отметим, что если не делают такие взносы, то они не только ставят под угрозу получение — пусть и в очень отдаленной перспективе — собственной пенсии, но и не вносят свой вклад в обеспечение выплат тем, кто является пенсионерами в текущий период.

Выбирая деревню на жительство, многие, так или иначе, рассчитывают прокормить себя самостоятельно. Мол, мне много и не надо, главное — свежий воздух, природа и отсутствие стрессов. Отсюда и решимость завести козу, кур или кроликов. Все представляется, как в песенке из мультфильма «Летучий корабль»: «Маленький домик, русская печка. Пол деревянный, лавка и свечка. Котик-мурлыка, муж работящий. Вот оно — счастье. Нет его слаще».

Но зачастую даже у самых работящих «новых деревенских» дела приходят в такое состояние, что приходится сводить концы с концами. И горечь действительности в том, что они вынуждены прятаться даже от налога для самозанятых, не то чтобы делать взносы в пенсионную систему.

Таким образом, дауншифтеры значительную часть своего работоспособного периода жизни не пополняют общую финансовую копилку, весьма условно именуемую пенсионной системой, или же вносят малозначительный минимум, тем самым подтачивая ее основу.

Подсчитать точно длительность их «социального прогула» затруднительно. Количество россиян, которые в той или иной мере попробовали дауншифтинг, пока неизвестно. А по данным зарубежных социологических исследований, уже в начале текущего тысячелетия около 25% британцев, 26% австралийцев и 30% граждан США сделали такой жизненный выбор. Цифры уже не маленькие. Хотя, скорее всего, и эти данные занижены.

В свою новую жизнь «для себя» дауншифтеры отправляются неожиданно для работодателей, и также неожиданно однажды могут вернуться, а может, и нет. Да это же не укладывается ни в какие корпоративные нормы! Есть ли смысл продвигать вверх по карьерной лестнице, ставить на перспективные направления тех, кто грезит совсем другим? Кроме того, они могут оказаться идеологически «заразными». Поэтому люди, склонные к дауншифтингу, чаще всего, предпочитают скрывать до поры свои замыслы.

По этим же причинам еще сложнее подсчитать тех, кто замышляет вопреки всем социальным нормам слишком рано прекратить трудовую деятельность, наполнив новым, по их представлению — реальным — смыслом крылатое выражение «В сорок лет жизнь только начинается!», которое обычно используется в качестве сладкой пилюли для тех, кто переступает через этот возрастной рубеж.

Философия движения FIRE — достижение финансовой независимости и ранней пенсии путем экономии сегодня и инвестиций в свое завтра. Сторонники этой идеи готовы на коротком отрезке жизни «вкалывать по-черному», отказываться от брендов, люксов и прочих премиумов, обходясь скромным минимумом. Это невыгодно производителям товаров, сфере услуг, маркетологам, банкам. Но это работает — как показали исследования, истории о сколотивших таким образом капитал, позволяющий не ходить на работу всю оставшуюся жизнь уже после 35−45-летнего возраста, вовсе не сказки.

Оказалось, что эта схема, зародившаяся в США, успешно приживается и на других континентах. Люди, разумно подошедшие к инвестированию в свое завтра, конечно, в большинстве своем, не стали обладателями самолетов, яхт и островов, но успели сформировать «базовый пакет» — условно, по российским меркам — квартира, машина, дача, и некий финансовый источник для удовлетворения своих потребностей на базовом уровне. Чаще всего такой источник — банковские вклады, ценные бумаги и недвижимость.

Такие — молодые да ранние «пенсионеры» — не могут рассчитывать на пенсионные выплаты от государства. Негосударственные пенсионные фонды они также избегали в ходе накоплений — ввиду сравнительно низкой эффективностью таких механизмов. Они рассчитывают только на себя.

Это их право. Но надо понимать, что эта категория граждан, еще в большей степени, чем дауншифтеры, ослабляет поддержку российской пенсионной системы, которая основывается на обеспечении старшего поколения (пенсионеров) молодыми поколениями (работающими). И надо понимать, что число сторонников дауншифтинга и FIRE в России будет стремительно расти.

Еще до последней реформы пенсионной системы в России, повлекшей повышение пенсионного возраста до 60/65 лет, интерес к дауншифтингу и FIRE был явным — об этом говорят сотни тысяч, если не миллионы просмотров, подписок и лайков в блогах сторонников FIRE, дауншифтеров и прочих «новых деревенских». После повышения пенсионного возраста на этих направлениях произошел ожидаемый всплеск.

Социальный протест? Это — как минимум. У молодежи, на глазах которой обманули миллионы сограждан пожилого возраста, по сути, отняв у них пенсионные накопления, срабатывает рефлекс самосохранения. Ведь это более прагматичное поколение, предпочитающее учиться на ошибках старших. И скорее всего, будет стремительно расти число молодых людей, не желающих полагаться на посулы не умеющей держать свое слово власти, и не желающих связывать свое будущее с ущербной пенсионной системой.

А по-иному сказать, будут отмирать корни, питающие нынешнюю пенсионную систему. Если к тому же учесть и ряд других негативных факторов, о которых сообщала «СП», похоже, эта система обречена.

Пенсионная система: Пенсионная реформа: В ПФР придумали, как поднять возраст выхода на пенсию еще на 10 лет

Новости социальной политики: Глава ПФР разъяснил порядок индексации пенсий уволившихся пенсионеров

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

двенадцать − три =