«У нас точно все хорошо в Чечне?»

0 0

«У нас точно все хорошо в Чечне?»

Фото: Елена Афонина/ТАСС

Чечня в России по сути существует как отдельный организм — со своими традициями, своей экономикой, в каких-то аспектах более далекая от России, чем любой другой субъект Федерации. Что это: поддержка региональной культуры или же мы просто не переболели последствиями чеченской войны?

Напомним, Францию потрясла трагедия, связанная с выходцем из России. Из Чечни. 18-летний Абдуллак Анзоров убил учителя Самуэля Пати. О существовании Пати юный чеченец узнал из видеороликов в Сети, который выложил отец ученицы, якобы оскорбленной демонстрацией карикатур на пророка Мухаммеда на уроке.

Бесспорно, нельзя ставить знак равенства между поступком Анзорова и всеми, например, мусульманами или всеми чеченцами. Но дикое, чудовищное варварство этого убийства заставляет в целом задуматься: а все ли хорошо у нас на Северном Кавказе, которые мы даже в России боимся лишний раз затронуть?

Отметим, кстати, что Анзорова поддержали в своих Instagram два российских бойца ММА. Чеченца. Зелим Имадаев назвал Анзорова «героем ислама». Альберт Дураев написал, что «во Франции свобода слова потеряла свое начало». Сейчас публикации удалены, а аккаунты закрыты. Ни в коем случае не уравнивая поступок Анзорова со всеми чеченцами, высказывания Имадаева и Дураева со всеми чеченцами, я повторю: у нас точно все хорошо в Чечне?

Возьмем только один из аспектов: женский вопрос. Например, по данным «Правовой инициативы», с 2012 по 2017 год на Северном Кавказе 33 россиянки погибли, став жертвами так называемого «убийства чести»: это когда жертву убивают близкие родственники, до которых дошли слухи об их «развратном поведении». 22 случая — в Дагестане, 9 — в Чечне, 2 — в Ингушетии. Нередок шантаж, которому подвергаются подозреваемые в «неподобающем поведении». В феврале 2020 года покончил с собой при задержании Иса Альметиров из Ингушетии, заподозренный в вымогательстве денег у женщин под угрозой распространения «порочащего видео» — и это не единичный случай. Когда Альметиров прыгнул в окно пятого этажа, в квартире в это время находились мужчина и женщина. После попадания оперативной съемки в Сеть женщина была убита своим братом на следующий день.

В январе 2020 года житель Дагестана был осужден на 9,5 лет за убийство сводной сестры. Он пояснил свои мотивы тем, что сестра не слушалась его, не хотела выходить замуж и уехала в Махачкалу. Все это — не нулевые годы, не десятые, все это — сегодняшний день. Статистики по убийствам чести на сегодняшний день нет. Тема эта считается табуированной, ее не обсуждают, и поэтому ее как бы и нет. Но на Северном Кавказе продолжают убивать женщин. Поэтому те из них, кто хочет свободной жизни, пытаются сбежать. Не всегда удачно.

— Меня вот что поразило: когда одна чеченская девушка писала другим: мол, девчонки! Только в России можно спастись, если туда бежать. Уборщицей если работать даже, можно снимать на двоих комнату и скромно есть! И быть свободной! — говорит Наталия Никифорова, генеральный директор Фонда помощи жертвам насилия «Птицы».

— Они так и говорят «в России»? — уточняю я.

— Так и говорят.

Россия для чеченских девушек, которые мечтают вырваться из фактического рабства — это другой мир. Мир, где реализуется выстраданная мечта: работать и быть свободной. И чтобы тебя не били.

У Никифоровой есть подопечные из Чечни и Дагестана, но рассказывать о них она отказывается. Даже без имен. Больше всего сбежавшие девушки боятся, что их найдут и вернут обратно насильно.

— Личный опыт, личный опыт… Это когда «Я уже два раза пыталась себя убить, но я слабая, не могу». Это «Я виновата, что не родилась мужчиной, здесь мне жизни не будет». Это «Мне бы только учиться, я смогу и работать тоже, а спать мне 4 часа хватает, честно». Это «Я виновата перед родителями, я плохая, что хочу другой жизни». И вишенкой — от родственников сбежавшей «Что, она теперь брюки носить будет? В этом счастье?!». Отсюда, с этой стороны вообще не понять. Это другой мир, совершенно. Я так поговорила с одной девочкой, например, а потом хожу и думаю: какая я счастливая, а. Живу где хочу, учусь на кого хочу. Поехать могу куда угодно, были б деньги. Работать, кстати, тоже могу. И меня нельзя бить вообще ни за что, и я это знаю. О-бал-деть, — говорит Никифорова.

— Но ведь де-юре женщины Северного Кавказа имеют право работать, водить машину, жить отдельно от семьи? — уточняю я.

— Де-юре и де-факто — разные вещи, — поясняет Наталия. — Во-первых, за непослушание могут побить свои же с молчаливого одобрения окружающих. Во-вторых, нет веры в защиту государства — вспомни дело Мадины Умаевой. В-третьих, тотальный контроль. Представь, ты пытаешься жить, как хочешь, но каждый твой шаг обсуждают родители, соседи, друзья. И они говорят тебе, что и как делать. Личная жизнь должна тщательно скрываться: до свадьбы нельзя. Кота нельзя. Комнату сними в другом районе. И все это люди, уважение к которым тебе прививали с детства.

Дело Мадины Умаевой — громкая история. Совсем недавняя, июнь 2020 года. В Гудермесе скончалась 23-хлетняя мать троих детей. Похоронили ее в ту же ночь, что вызвало много вопросов, появилась версия о том, что Умаева стала жертвой домашнего насилия. Некоторые утверждали, что на саване Умаевой были видны пятна крови, фельдшер скорой признался, что видел только лицо, руки и ноги. По словам соседей, перед смертью женщину ругал муж и его родители, из их дома в течение нескольких часов доносились крики Мадины. Уголовное дело, тем не менее, возбуждать отказались.

Чудовищные убийства — это не вопрос национальности. Это вопрос менталитета. К сожалению, нельзя не признать: Северном Кавказе кое-где до сих пор сохраняются атавистические элементы традиций, которым не место в современной России.

Убивать — не нормально.

«Лишь бы не было войны»

«Убийства чести» вернулись в культуру Северного Кавказа после развала Советского Союза. Как Азербайджан с Арменией не воевали друг с другом в течение семидесяти лет Советской власти, так и чеченцы с дагестанцами не убивали девушек «неподобающего поведения». После двух чеченских войн, унесших чудовищное количество жизней, отношение Москвы к непокорному региону стало характеризоваться фразой «лишь бы не было войны». Отсюда и практически бесконтрольные вливания в бюджет республик, и крайне осторожное отношение к внутриреспубликанским делам.

Мир на беспокойном Кавказе — это хорошо. Однако пора идти дальше и интегрировать Северный Кавказ в современное российское общество.

Ну, чтобы там больше не говорили «в России» в противовес «дома». Это ненормально — когда жители региона РФ допускают такие оговорки.

Что касается баланса между сохранением уникальной культуры каждого из народов, населяющих РФ, и приоритетом русской культуры, лучше всего будет процитировать устав партии ЗА ПРАВДУ:

«Россия с первого дня существования формировалась как многонациональная цивилизация с громадным финно-угорским, тюркским, германо-романским и другими влияниями. Россия — семья нескольких сотен народов и народностей, каждый из которых внёс свой значимый и незаменимый вклад в становление страны и цивилизации. История и культура каждого из народов, населяющих Россию, — это драгоценное наследие, история и культура нашей большой страны, нашей многонациональной цивилизации. Особое значение в становлении российской цивилизации принадлежит, безусловно, русскому народу, который заложил фундамент всего нашего многонационального дома. Русский народ — организационная основа, а русская культура — цивилизационный стержень всего, что называется Россией. Исторический путь русского народа — это становление и развитие российской цивилизации. Без русского народа нет России и российской цивилизации».

Русская культура должна стать стержнем каждого из народов РФ и сплотить их, чтобы Россия не напоминала лоскутное одеяло, а стала единым целым.

Северный Кавказ — это Россия.

Чечня — это писатель Герман Садулаев, а не убийца Абдуллак Анзоров.

СССР 2.0 — это путь к прекращению бесконечных войн на постсоветском пространстве.

Проблемы национальной политики

Зюганов: недовольство народа властью нарастает по всей России

«Левый фронт» потребовал ввести налог на биржевые спекуляции

Зюганов объяснил, что такое «национализация»

Представитель РПЦ оценил идею налога на бездетность

Все материалы по теме (1386)
Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

19 − четыре =